«Один партизан в тылу врага стоит сотни бойцов на фронте...» И.В.Сталин

Шаман гиперборейской школы - 2  Скачать сценарий

Перейти на страницу видеоролика "Шаман гиперборейской школы - 2"

СБИТЫЙ МЕССЕР ВЗРЫВАЕТСЯ. СКВОРЦОВ:РЕБЯТА, ВОТ ЭТО НОМЕР!КУЗНЕЧИК ЗАВАЛИЛ МЕССЕР! БАТЯ: А СБИЛ,СБИЛ ТО КАК!НУ ЧЕГО РЖЕТЕ?УЧИТЕСЬ!ПОЧЕРК.. ПРОТИВ  ВСЕХ ЗАКОНОВ ФИЗИКИ НА ВЗЛЕТЕ! МАЭСТРО: НЕ Я ВЫСЛУШАЙ.. БАТЯ:А ПОМОЛЧИ!НАЧАЛЬНИК ШТАБА, ОФОРМЛЯЙ НАГРАДНЫЕ ДОКУМЕНТЫ. МАЭСТРО: НЕ НА МЕНЯ. ЭТО НА ЛЕЙТЕНАНТ КУЗНЕ.. АЛЕКСАНДРОВ СБИЛ. БАТЯ: КУЗНЕЧИК?ДА РАЗЫГРЫВАЕТЕ. ТЫ СБИЛ? КУЗНЕЧИК: ТАК ТОЧНО.

А начиналась эта загадочная история так(кадр из фильма: Кузнечик садится в самолет и сбивает мессер)

Обычно, при налёте вражеских самолётов на аэродром с атакованного аэродрома никто не взлетает. Ни с немецких аэродромов, ни с наших. А какой смысл взлетать? На взлёте собьют как куропатку. С гарантией. Вот никто и не взлетает.

Взлететь и не быть сбитым может только тот, кто умеет бессознательно, или, что то же самое, интуитивно, определить момент взлёта с точностью не то что секунды, а малых долей секунды. Вот вражеские истребители, контролирующие взлётную полосу, периодически над ней проносятся, потом разворачиваются, возвращаются и опять проносятся. На разворот требуется некоторое время. Если провидеть момент, когда пара вражеских истребителей над аэродромом будут в таком положении, что атаковать взлетающий наш самолёт они уже не успевают, есть же предел скорости реакции — то взлететь можно успеть. Так что секрет удачного взлёта — в определении момента взлёта. А то и мгновения. Дар провидения.

Можно впасть в заблуждение, что это Кузнечик определил этот миг. Но это не Кузнечик. Во всяком случае, не один Кузнечик. Кузнечик умел уважать главного шамана полка, стоял перед Макарычем по стойке смирно, хотя формально Макарыч был по званию ниже Кузнечика.(КУЗНЕЧИК. Я.) Оба они, и Макарыч, и Кузнечик были логиками, потому были объединены в единый разум. Есть такой феномен: объединённый разум. Он же братство, он же товарищество, он же настоящая дружба. Феномен, дарующий победу, в бою — неуязвимость и успех во всём. Так что Кузнечик плюс Макарыч. Минимум. И всё равно Макарычу пришлось корректировать момент взлёта Кузнечика.(КУЗНЕЧИК ЛОЖИСЬ!) Вот показано, что Макарыч перехватывает бегущего к истребителю Кузнечика и валит его на землю. Весовые категории несоизмеримы: тощий Кузнечик и Макарыч с одеждой, наверное, 64 размера. Макарыч мужик явно крепкий да ещё весовая категория — кто занимался борьбой, тому ясней ясного, что Кузнечику вырваться из подобного захвата никак невозможно. Однако Кузнечик вскакивает и бежит дальше к самолёту. То, что вырвался, означать может только одно: Макарыч его отпустил. Значит, когда валил Кузнечика на землю, то не препятствовал его взлёту, а корректировал момент взлёта. Если бы препятствовал, то не отпустил бы. Да ещё бы не выполнил команды «От винта». А Макарыч выполнил.

Отчётливо показано, что во время налёта немцев Кузнечик был ориентирован на Макарыча. Кузнечик даже фразы за ним повторял.(ЮНКЕРСЫ) Классика правильных взаимоотношений учителя и ученика. Иными словами, это Макарыч хотел, чтобы Кузнечик взлетел. Но в нужный момент.

Доказательством того, что только Макарыч умел интуичить момент начала победных действий является то, то умей это делать Маэстро, он, Маэстро, непременно бы сам взлетел. Но Маэстро и не пытался. Итак, ключевая роль Макарыча.

Кого из массовых зрителей ни спроси, кем был до Войны Макарыч, все отвечают, что он всю жизнь гайки крутил или был колхозным бригадиром. Можете проверить: все так считают. Ну, да, держите карман шире: будет явно удавшийся сын профессора-эволюциониста неоламаркистского толка, направления после смерти Сталина запрещённого пораженцами, стоять перед колхозным бригадиром по стойке смирно.(КУЗНЕЧИК.Я.) Да и вообще, вглядитесь повнимательней в любой эпизод с Макарычем — ахните.

Так что Макарыч — это старший жрец исконной веры. Кроме прочего владеющий даром провидения.

В шедевре «В бой идут одни «старики»» есть очень странный эпизод. Странный с точки зрения обыденной, бытовой. С точки зрения обыденного взгляда, то есть не шаманского. С точки зрения шаманской всё нормально. Итак, странный эпизод. (ИДИ К КОМАНДИРУ,НАСТРОЕНИЕ ВО!)

А то Макарыч, главный шаман элитного авиационного истребительного полка, не знал, что старшего по званию, да к тому же Героя Советского Союза, перебивать 17-ти летнему Кузнечику нельзя. Да и сам Кузнечик, которому бубен вручили, понятно, не случайно, не знал, что перебивать старших, да ещё реальных Героев Советского Союза нельзя, глупо, противоестественно.Ну и как такое вышло: двойное «нельзя», двойной, так сказать, фильтр, а Кузнечик идёт и как бы старшего перебивает?

Объяснение такое: Кузнечик Героя не перебивал, а ему помогал провести жреческое посвящение молодых лётчиков. Поскольку массовый зритель в упор не понимает не только сам фильм в целом, но и этот эпизод в частности, то требуется пояснить. Пополнение гвардейского истребительного полка было неоднородным: после лётного училища почти все — младшие лейтенанты, только Кузнечик и Петя вышли из лётного училища лейтенантами. Младшие лейтенанты — салажата, хотя и элита армии. Элита в том смысле, что в лётчики отбирали одного из нескольких сотен, а то и из нескольких тысяч. Очень жёсткий отбор. Понятно, в сталинские соколы. Хоть и элита, но салажата — и у них не могли не проявляться порочные качества салаг. Так что младшие лейтенанты не могли не относиться ревниво к тем, кто из их выпуска был выделен как лучший. Радовались его неудачам, хотя, конечно, это скрывали. Ещё хотели его превзойти. Хоть в чём-нибудь. Очень сильный мотив к поступкам и восприятию жизни.

Итак, рядовые не могли не хотеть превзойти лучшего — из числа своих. То, что из числа своих, очень важно. Академиков интересуют только академики, артистов — артисты, а пополнение — из числа пополнения. Не лучшие уступают лучшим по одной только причине. По одной-единственной. Причина эта — не достаточное уважение к мастерам, а то и вовсе к ним неуважение. Из-за неуважения к мастерам погибли и Смуглянка, и Ромео. Но о причинах гибели Ромео, Смуглянки и лейтенанта Скворцова мы уже подробно говорили в другой серии, так что повторяться не будем. То есть, научи салажат правильно относиться к окружающим, то есть, среди прочего, правильно уважать мастеров, то они сами в скором времени станут мастерами. Да вот проблема: не в состоянии научиться. Действительно, сколько ни говори: ориентируйся на мастеров, ориентируйся на победителей — всё как о стенку горох. Сколько не повторяй правильные формулы, описывающие успешную жизнь — слов не понимают. Чтобы начать понимать слова, надо быть, по меньшей мере, мастером, но чтобы стать мастером, надо прежде очень много чего понять. Замкнутый круг получается. А ведь разорвать этот замкнутый круг необходимо — в условиях войны вообще очень жёстко: не разорвёшь — погибнешь. Такой вот замкнутый круг. Раз мастеров вокруг нас мало, то с этой проблемой не удаётся справиться ни учителям в школе, ни отцу, ни, тем более, навязывающимся шлюхам или матери. А неумение слышать не позволяет воспринять Тайное знание. Тайное оно относительно: словесную формулу слышали все, но дальше внешних слоёв сознания эта формула не проникает. Получится её загнать в глубинные слои подсознания — вот вам и неуязвимый. Маэстро это сделать сумел — вот его и не могли сбить даже в условиях, когда его предательски бросал ведомый.

Вот в странном эпизоде, в котором Кузнечик перебивает  и показано  как этот приводящий к гибели и неуспеху многих, многих и многих Замкнутый круг командиры мощным жреческим приёмом и разрывают.

Вот Кузнечик подходит к Герою Маэстро и как бы совершает поступок кретина, неудачника — указывает мастеру, как надо поступать, лезет, так сказать, с бесценным советом — ну, совсем как баба. Ну, и Маэстро его в резкой форме ставит на место.(НЕЛЬЗЯ ДЕРЖАТЬ БОЕВОГО ЛЕТЧИКА) Наблюдавшие эту сцену младшие лейтенанты непременно подумали: ну, и идиот же ты, Кузнечик! Только идиот мог так поступить. А раз я не идиот (а ведь каждый считает себя умненьким-благоразумненьким), то никогда не буду поступать как Кузнечик, не буду перебивать мастеров, в частности, усвою преподанный мастером урок: сам погибай, а товарища выручай. (И ТРЕТЬЕ)

Всё, Замкнутый круг, сжимавший молодых лётчиков, командирам удалось разорвать. Кто достоин, того пробрало, так скажем, до самых печёнок, мысль проникла в глубины, куда не пробраться ни одному лозунгу. Только Ромео остался пень пнём — вот и погиб. Не удалось, потому что в решающий момент свой жизни Ромео, скорее всего, думал о бабе, а не о способе достижения их эскадрильей светлой цели — Победы. Продал свою жизнь за мечтания о бабе. Предал товарищей.

Об  формуле неуязвимости и успеха вообще писал ещё великий древний китаец Су Дзи в своей книге «Стратегия»или «Искусство войны». Дескать, в бою выживает тот, кто не боится смерти, а тот, кто боится — погибает. Всё так: опыт тысячелетий. Но это только часть нашей, русской формулы: сам погибай, а товарища выручай. В нашей, русской, формуле к формуле Су Дзи добавлена та мысль, что страх смерти исчезает только у тех, кто входит в товарищество, оно же братство, оно же настоящая дружба.

Теперь подробности, как этот Замкнутый круг командиры во главе с Макарычем прорывали. Прежде всего, в этом прорыве участвовали разом три шамана гиперборейской школы или, что то же самое, три логика: Макарыч, Маэстро и Кузнечик. Все трое — клоуны, если угодно, скоморохи. У каждого в этом посвящающем Триединстве разные функции: на Кузнечике сконцентрирован центр ненависти молодых лётчиков из пополнения. Не переведи ненависть салажат на Кузнечика, их ненависть была бы направлена на возглашающего формулу Тайного знания — и формулу, оглашённую Героем Маэстро, они тогда вобрать в глубины подсознания не смогут. Так что Кузнечик, то есть как бы мальчик для битья, очень важный для посвящения в удачника скоморох. Чтобы быть таким, надо быть не просто своим — как уже было сказано, всем интересны только свои, — но и выше своих на голову. Свой, но как бы вне. Как бы посредник. Как бы перевозчик. Выше на голову в смысле, конечно, развитости. Мало того, что надо быть выше, ещё необходимо быть готовым быть этим клоуном, эдаким мальчиком для битья. Эдакое несложное проявление принципа: сам погибай, а товарищей выручай. Далеко не все доросли. Гордыня-с. На месте Кузнечика многие бы обиделись. Многие так и умрут, а не дорастут. А Кузнечик умудрился до этого уровня дорасти.

Второй элемент этого Триединства по разрыванию Замкнутого круга — Маэстро. Тоже скоморох, тоже клоун. Клоун-Герой, с Золотой Звездой. Его задача рассмешить посвящаемых перед основным действом. Что Маэстро и делает. (В БОЮ НЕЛЬЗЯ БЫТЬ СЛЕПЫМ)Понятно, что головой на 360 градусов и несколько раз в одну сторону не повертишь. Смешно. Потом Маэстро оглашает «во-вторых». (ВТОРОЕ)Понятно, что в фильме текст не оглашается. И только после этого «в-третьих». Собственно формулу успеха.(И ТРЕТЬЕ)

Третий элемент этого Триединства — Макарыч. То, что он был когда-то клоуном типа Кузнечика, по нему видно. Но он, понятно, выше Кузнечика. Можно догадаться, что Макарыч прошёл и стадию Маэстро. Когда началась Первая Мировая, Макарычу было лет тридцать. Очевидно, что воевал. Судя по возрасту был не рядовым, явно не ниже младшего офицера. Но, видно, что в армии не остался. Как уже было сказано, сверх того, что умели Кузнечик и Маэстро, Макарыч умел выбрать момент. В эпизоде со взлётом Кузнечика это ясно показано. Не в любой момент эту процедуру с разрывом Замкнутого круга можно провести. Не в любой.

Это Макарыч подал команду Кузнечику: «Иди к командиру». И Кузнечик правильно понял, что Макарычу виднее нарушать в данной ситуации принцип уважения или не нарушать — и пошёл. А потом ситуацию правильно понял Маэстро и сыграл, что Кузнечик как бы придурок и провёл демонстрацию порки. (И В ЧЕТВЕРТЫХ)А то Маэстро не понимал, какой уровень развития у Кузнечика. Маэстро, да и не он один, понял от начала, что именно Кузнечик сменит его на месте командира эскадрильи. Такому можно простить многие ошибки. Но Маэстро демонстративно, даже экзальтированно придрался к поломке шасси, отремонтировать которое — раз плюнуть. По сути Маэстро отправил Кузнечика на стажировку к Макарычу.(НАЗНАЧИТЬ ДЕЖУРНЫМ) В самом деле, с кем Кузнечик будет больше всего общаться, будучи вечным дежурным? Вот это и показано. Но для пользы дела, используя ненависть пополнения к Кузнечику, Маэстро замаскировав эту стажировку под взыскание. Всё было на виду — но никто ничего не понял: ни лётчики, ни массовые зрители фильма. (ЛОВЛЯ КУЗНЕЧИКОВ И ВЗЫСКАНИЕ)

Что до буквальных кузнечиков, то здесь есть на чём насладиться мыслью. Лётчики, так же как и массовый зритель, в ловле кузнечиков углядели нечто бессмысленное, вроде детского баловства. Вот, пожалуйста, рядовые лейтенанты прыскают. (ПРЫСКАЮТ НЕСКОЛЬКО РАЗ) То есть смотрят в упор и не видят ровным счётом ничего. На самом деле, если бы этот прыскающий обычный лётчик взялся сам ловить кузнечиков, то это было бы баловство. Но когда ловит кузнечиков сын профессора палеоботаники, то есть эволюционист ныне, со времён смерти Сталина, практически запрещённого неоламаркистского толка, великого тайного знания, то эта ловля кузнечиков нечто совсем иное. По Кузнечику отчётливо же видно, что он с отцом дружил и вникал в его премудрое Ведение. В шаманскую науку. Кстати, всем полезный совет: если серьёзная неудача, то чтобы обрести равновесие, отвлекитесь на что-нибудь очень знакомое: гайки ли в моторе крутить, ловить ли гюрз с кобрами или на ещё что-нибудь знакомое.

Но не понять эпизод с буквальными кузнечиками ещё полбеды.

Таким образом, нам показана диковина в мировом кинематографе: в подробностях показан главный обряд тайной исконной веры. Такого нигде больше в мире не найдёшь. Многим кажется, что если обряд главный, ключевой, то проводить его можно только торжественно, скажем, в храме. В самом деле, женщинам и маменькиным сынкам мерещится, что старший священнослужитель непременно должен находиться при храме, носить какие-нибудь вычурные одеяния, помахивая чем-нибудь — вроде кадила. Но главный обряд не провести в назначенном месте в назначенное время — надо уметь поймать момент. Как со взлётом самолёта. (ПРОТИВ ВСЕХ ЗАКОНОВ ФИЗИКИ НА ВЗЛЕТЕ) Да и нужная ситуация непременно спонтанная. Так что провести посвящение в нагромождении кирпичей или камней, то есть в месте, который слепой массовый зритель называет храмом, никак не возможно. Таким образом, всё действие фильма происходит в великом храме исконной веры. И Макарыч в нём — старший священнослужитель. Он и скрыт, он и на виду, но разглядеть его, кроме Маэстро, дорос разве что один только Кузнечик.

Справедливая война, то есть Священная, как она и была названа Сталиным, это вообще храм исконной веры, когда может быть восстановлено даже плотно забытое Ведение. А затем, всё как обычно, передаваться из поколения в поколение.

(ПОД ЗАБОЙНУЮ МУЗЫКУ ВЫЛЕЗАЮТ МАКАРЫЧ И МАЭСТРО. РАЗВЕДЧИКИ.)